Пан-колдун
Текст заимствован из сайта www.ort.spb.ru/(DOS)/nesh/dymshits.htm , на нашем сайте приведен с сокращениями.
Евреи не только всегда рассказывали сказки, но еще и очень давно начали их собирать и записывать. Самые старые из этих записей прочел весь мир и пересказывает их до сих пор. Другие, например, многочисленные мидраши, остались в основном текстами для внутреннего еврейского пользования. Сказки, отобранные для этой публикации, появились уже на исходе трехтысячелетнего времени сказок. Их рассказывали еще люди традиции, а записывали уже люди науки. Одним словом, это "майсес" - так, как это называется на идиш, сказки евреев Восточной Европы, ашкеназов.
Настоящая еврейская сказка берется за почти непосильное дело совмещения жесткого "сказочного" этикета с не менее жесткой "еврейской" системой ценностей.
"А мол из гевен" - "некогда был..." - с такой формулы, эквивалентной русскому "жил-был...", начинаются обычно еврейские сказки. Был некогда мир еврейских городов и местечек - была реальность, внутри которой существовали эти сказки. Теперь эта реальность стала для нас куда менее реальной, чем сказочное тридевятое царство. Так что, может быть, путь к ней лежит для современного читателя именно через сказки... Тем более что "реальность" и "сказки" по-еврейски - одно и то же слово.
Сказка записана Е.С.Райзе со слов еврейского поэта Хаима Ленского в 1933 г. в Ленинграде
Архетипом этой сказки является состязание между Моисеем и жрецами фараона. Начальный мотив сказки - Бешт спасает младенца - связан с верой в то, что жизни младенца до обрезания угрожает ведьма Лилит, которая, обернувшись черной кошкой, душит новорожденных.
Рабби Исроэл-Элиэзер (1698-1760), известный как Исроэл Бал Шем Тов или сокращенно Бешт, - основатель хасидизма. Его прозвание означает "Добрый целитель", "Добрый чудодей".
Однажды остановился Бешт вместе со своими учениками в какой-то корчме. Только вошли они в корчму, видят: горит множество свечей, а корчмарь от тревоги места себе не находит. Спросил Бешт корчмаря, чем он удручен, и корчмарь рассказал вот что:
- Четыре раза рожала мне жена сына, и каждый раз, накануне обрезания, в полночь ребенок умирал. Теперь жена родила пятого мальчика, завтра должно быть обрезание, и я боюсь, что сегодня в полночь ребенок умрет.
Бешт успокоил его, сказал: - Ничего не бойся, - а сам поставил двух учеников возле колыбели, дал им мешок и велел держать его открытым над колыбелью; и как только что-нибудь попадет в мешок, тотчас же тот мешок крепко-накрепко завязать, а его, Бешта, будить. Прочим же ученикам он велел молиться всю ночь.
Когда наступила полночь, стали гаснуть свечи. Но ученики молятся еще горячей, не дают свечам погаснуть. Вдруг, откуда ни возьмись, прыгнул в колыбель черный кот и попал в мешок. Ученики завязали мешок крепко-накрепко и разбудили Бешта. Он велел бить по мешку палками и потом, не развязывая, выбросить его на улицу. Так и сделали. Ребенок остался жив, и на следующий день устроил корчмарь обрезание и пир.
После обрезания понес по обычаю корчмарь своему пану во дворец коврижку*. Сказали слуги корчмарю, что пан болен. Но пан, узнав, что пришел корчмарь, велел позвать его и спросил:
- Кто у тебя в доме из чужих людей?
Ответил корчмарь, что к нему заехал праведный человек, Бал Шем Тов, и рассказал, как тот спас его ребенка от смерти. Говорит пан:
- Скажи своему гостю, что я прошу его придти ко мне, я хочу с ним поговорить.
Передал корчмарь те слова Бешту и прибавил, что боится, как бы пан не причинил цадику какого-нибудь зла. Но Бешт только улыбнулся этим словам и пошел к пану без боязни.
Увидел пан Бешта, закричал:
- Не твой верх! Прошлой ночью захватил ты меня врасплох, не успел я приготовиться. Это не штука! А вот, если хочешь со мной померяться силой, выходи биться в поле.
Пан этот, оказывается, был колдуном, и каждый раз, когда у корчмаря рождался сын, обращался в кота и душил новорожденных.
Отвечает ему Бешт:
- Я и не думал с тобой биться, а хотел только спасти ребенка. Но если желаешь, не откажусь сразиться с тобой. Я соберу своих учеников, а ты - своих, и ровно через месяц мы сойдемся в чистом поле и увидим, кто сильней.
Ровно через месяц сошлись они в поле: пан-колдун со своими учениками встал с одной стороны, а с другой стороны - Бешт со своими.
Очертил Бешт вокруг себя два круга, а вокруг учеников - еще один круг и велел им не сводить с него глаз. Как увидят, что он изменился в лице, пусть проникнутся покаянными мыслями и сосредоточатся на ненависти к колдовству и нечистой силе.
Колдун тоже очертил вокруг себя и своих помощников круги и начал насылать на Бешта диких зверей. С ревом бросались они на Бешта и его учеников, но, добежав до первого круга, исчезали. Так продолжалось целый день. Каждый миг появлялись все новые звери, но ни один не мог переступить и первого круга. Тогда колдун выслал против Бешта черных кабанов, у которых било из ноздрей пламя. Со страшной яростью устремились они на Бешта и перескочили первый круг. Изменился Бешт в лице, стали ученики молиться еще горячей, и кабаны, добежав до второго круга, исчезли. Три раза насылал колдун кабанов, но они так и не смогли переступить второго круга. Тогда сказал Бешту пан-колдун:
- Нет у меня больше силы бороться с тобой. Знаю я, что убьешь ты меня сейчас своим взглядом, и прощаюсь с жизнью.
Отвечает ему Бешт:
- Если бы я хотел тебя убить, то давно бы это сделал. Но я хочу, чтобы ты жил, понял страх Божий и перестал колдовать. А теперь - подними очи к небу.
Поднял колдун очи к небу. Неведомо откуда слетели к нему два коршуна и выклевали колдовские глаза.
С тех пор ослеп колдун, потерял свою колдовскую силу и больше не колдовал.
Перевод с идиш Е. Райзе.
* Корчмарь арендует корчму у польского помещика. Евреи-арендаторы находились в полукрепостной зависимости от землевладельцев.